— Учитель,
у меня изменилось прошлое.
— Как
именно?
— Ты
так спокойно об этом спрашиваешь? Я думала, ты упрекнешь меня
в глупости. Констатируешь, что прошлое меняться не может,
а подвергаются изменениям лишь обстоятельства настоящего.
У католических богословов — читала как-то — есть даже присказка:
«и сам Всевышний не может сделать случившееся не бывшим».
— Католики
заблуждаются. Ибо: МОЖЕТ. Как может и абсолютно любое всё. За это
Якоби называл его именем Абсолют, сказать к слову. А на такое
простое действо, как изменение прошлого, способны даже и ангелы.
— Мне
стало недавно знамо, — прибавил, помолчав, старец, — что у тебя
радикально сменилось будущее. А «будущее всегда равно прошлому»,
гиперборейская поговорка. Одна из моих любимых.
1
Анахорет сей
с улыбкою называл себя «гиперборейский философ». Она ж игралась
в патристику, именуя его «геронта», сиречь «Учитель» (и формируя
себе, таким образом, «параллельный», ставропигиальный мир).
Но иногда
ученицей бывала вправду. Ведь наносила визит затворнику с регулярностью
издалека, хоть вовсе и не любила водить машину, соблюдать правила
(дорожного движения), переключать скорости…
Пожалуй,
он бы хотел, чтобы их тет-а-теты происходили чаще. Хоть
и не признавался в том никому. Ни ей. Ни даже себе.
